В литературе главное - воображение !
Предвижу - скорбно всколыхнется
Твое печальное лицо,
Когда в воде на дне колодца
Увидишь жизни говнецо.
Устав (от) чужого монастыря
(Курсивом в тексте отмечены указания для зрителей, театральные работники их могут не читать)
Сцена уютна, не драматична, несколько разбросана.
Выходит лысый , бородатый режиссер и рвет сценарий.
Выходит статист и принимает неподвижную позу.
Выходит работник сцены и выкручивает статисту руки.
Статист кричит: Гоша !!! Юра !!! Митяяяя !!! ААаааа !!!
Выходит светооператор и разбивает лампочку о голову статиста...
Свет в зале тухнет (от 10 до 0).
Действие происходит в темноте.
Но образы и лица настолько знакомы, что угадываются и предсказываются зрителями.
Собственно, пока в зале вообще никого нет.
Слышится причитающий гермафродитный голос:
Двое с возу - Ваших Нет
Баба с ВУЗа - Ваших Нет
Двое с боку - кобыле легче
Выходит шестидесятник в белом свитере с семиструнной мандулой,садится на диспропорционный высоконогий стул, у подножия садится режиссер и начинает склеивать сценарий. После каждой реплики он приклеивает один кусочек. Шестидесятник, используя аппликато, аппреджио, адажио, аджику, ахашени и мирадор, исполняет песню.
(На мотив "Коричневые брюки"
Слова : Высоцкий и ИВАСИ
Музыка : ИВАСИ)
Шестидесятник :
Я Очень не люблю фатального исхода
Я Очень не люблю фатального исхода
Я Очень не люблю фатального исхода
От жизни никогда не устаю !
Я так же не люблю любое время года
Я так же не люблю любое время года
Я так же не люблю любое время года
Когда веселых песн не пою !
Я очень не люблю когда стреляют в спину
Я очень не люблю когда стреляют в спину
Я очень не люблю когда стреляют в спину
Я так же против выстрелов в упор!
Но ненависть свою сумею превозмочь я !
Но ненависть свою сумею превозмочь я !
Но ненависть свою сумею превозмочь я !
Вот только жаль распятого Христа !
Первые аккорды звучат в безлюдном зале, далее зал заполняется разномастыми гражданами и гражданками. Самые дешевые ряды заполняет рота солдат в форме без погон.
Реплика шестидесятника:
Любезные мои сотрапезники, расскажу вам дивную историю, как побывав в одном не столь отдаленном монастыре и напившись рейнского так, что булькало в ушах, я обнаружил манускрипт с весьма занятной писаниной, да такой длинный, что даже самая умная библиотечная мышь, начавшая его
грызть, умерла бы к концу эпиграфа. А было в нем следующее:
Реплика из зала (гражданин в смокинге, с завываниями, вращая глазами в разные стороны):
Не моргай! Бобры кругом.
Они скушают твой дом,
Обесчестят всю семью
И нагадят на полу.
Рвет программку, плюет в морду статисту, с трудом забираясь на сцену, обнаруживая перед залом вырез в брюках на заднице.
Выходит из зала.
Суфлер из будки шепчет:
Сумасшедший, шшш-шшш-шшш...
Дамы из зала подхватывают и таким же шепотом сообщают кавалерам.
Хор солдат:
Жопа, Жопа, Жопеток !
Жопа, Жопа, Жопулек !
Жопа, Жопетушечка !
Бабочка-пачкунья...
Ш. (читая манускрипт):
"Дорогие мои братья, находясь в нашем монастыре призываю вас воздержатся от :
хуления,
моления,
веления,
холения..."
Реплика экзальтированной дамы из зала : И что теперь делать?
Крик студента с задних рядов : А кто виноват!
Студент кидает бомбу в первые ряды, несколько человек во фраках картинно погибают.
Режжисер вытирает кровь со лба и продолжает клеить сценарий. Около студента встают двое в штатском с красными повязками и приковывают студента к креслу. Отпиливают кресло и уносят вместе со студентом.
Студент (поет):
Наверх вы, товарищи,
Все по...
Люди в штатском завязывают ему рот красной повязкой.
Ш. (не обращяя внимания на происходящее в зале, продолжает читать.)
"...поклонения,
сожаления,
растления,
совокупления и прочих бед и горестей человечества. Примите лучше покаяние и начинайте предаваться радости, вкушая святые салаты."
Из зала встает старичок с толстой книгой и лицом, изможденным удовольствиями.
Старичок: Вот послушайте : (читает)
Рецепт салата "мексиканец - шляпа"
В жаркий день, когда водка в тени нагревается до 40 градусов,
возьмите чистую посудину и связку бананов, соразмерные вашему
аппетиту. Выхватив из-за пояса мачете, рассеките сочную мякоть
плода на кубики или цилиндры (очистив от шкурки). Добавьте
душистого черного перца (не более чайной ложки на пару бананов).
Возьмите в мозолистую руку лимон и, освободив его от кожуры,
бросьте несколько измельченных долек в салат. Засыпьте сахаром
по вкусу. И немного хорошего винного уксуса.
Острый как латина и душистый как потный мачо - салат готов.
Блюдо можно подавать к алкогольным напиткам - пунш, кампари,
ром, мартини, кальвадос, портвейн.
При слове "портвейн" режиссер кривится и нер(о)вно приклевает очередной обрывок, шестидесятник же сохраняет невозмутимое выражение лица. Молодой человек в майке "Manowar", рядом со старичком блюет ему на ботинки из крокодиловой кожи. Старичок ударом ноги оправляет осунувшееся лицо молодого человека. Оба сцепляются в схватке.
Ш(продолжает): Отцы и дети, дети детей и их дети найдут уединение и спокой, упокой,
распокой, запокой, заупокой...
сбивается... продолжает невнятно, тихим-тихим шепотом.
Из зрительного зала выходит БАБА С ВЕНИКОМ, встает около дверей и объявляет АНТРАКТ.
Люди пытаются вырваться в фойе. Нескольких человек давят, женщинам рвут платья, обнажая сущность. БАБА стоит нерушимо, держа веник на перевесу.
О венике отдельно:
Веник заботливо связан из медно-никелевых лавровых ветвей.
Перемотон колечей проволокой.
Пахнет вишенкой.
Ш (угромчаясь) : Антрекоты в нашем монастыре - первая и самая насущная еда. Антрекот,равно как и каперс является корнеплодом с сочной мякотью и целебными свойствами. Обладает большой подъемной мощью и оторапливает всякий недуг.
Из зала поднимается Интеллигент в потертом коричневом костюме.
И. : Уважаемые коллеги, когда я работал в Кельнском университете, над проблемой семантичности синтаксиса современного диалекта языка Кашмири, у меня была одна аспирантка...
Хор солдат (перебивая интеллигента):
Жопа, Жопа, Жопеток !
Жопа, Жопа, Жопулек !
Жопа, Жопетушечка !
Бабочка-пачкунья...
Интеллигент грязно ругается и оскопленно уходит из зала. Через минуту выходит из за правой кулисы и бьет статиста под дыхательный орган. И плюет в зрительный зал и уходит.
Ш:
А теперь белый танец.
Иступленные дамы оскорбляют кавалеров.
Кавалеры с выражением лиц "очень надо", "других найдем" и "немец-перец-колбаса" выходят из зрительного зала и выносят кресла, в зал заходят строем люди в бушлатах, за ними идут негры в колодках, завершают шествие солдаты. Негры воздвигают две вышки, соединенные колючей проволкой. Приходит светооператор и вкручивает лампочку (Хор негров: "Елочка,зажгись!").
Свет изменяется от 0 до 10.
Звучит вальс, в центре зрительного зала кружатся пары: дамы в вечерних платьях и кавалеры в зековских бушлатах.
Хор негров (под звуки вальса) : ... По дороге прошли босые ноги,
Босые загорелые протопали они...
Вот так у нас храница
Советская граница
И никакая сволочь
Ее не перейдет...
Кружащиеся дамы достают из под своих вечерних платьев хвосты с кисточками, метут ими по полу в такт музыке, постпенно образуя хоровод. Музыка уторапливается. Негры и солдаты покидают свои посты, братаются, устраивают совместную головомойку, в ходе которой с негров смывается грим - они оказываются солдатами (видно по выражению лиц). Солдаты под троекратное "Ура!" кидают шапки-ушанки вверх, под шапками роятся дневные и ночные бабочки, которые облепляют танцующих дам. Хоровод сливается и превращается в бешеную пляску, видны только дамские хвосты из-под платьев. Движения все убыстряются, и вот на месте хоровода возникает уборщица, непомерно большого роста. Она выметает всех из зала. Шестидесятник, до того стоявший безучастный ко всему происходящему, разбивает мандулу об голову статиста, плюет в лицо режиссеру, и под руку с уборщицей уходят.
Режиссер (вслед, размахивая склеенным сценарием): Прасковья Федоровна, куда же вы, я тут для вас пьесу написал...
В обеззалевшем театре звукует нарастающий рапсоид.
КОН.
P.S.
Герои пьесы разъехались и редко встречаются друг с другом.
Прасковья Федоровна еще больше заматерела, остепенилась, нарожала детишек. Шести-десятник стал семи-десятником, и ест по утрам перловку.
Солдаты-негры бросили это занятие. А двое в штатском теперь... впрочем,
об этом не будем. А статист покойничек - травма мозга-головы.